Преподобный иоанн лествичник игумен синайской горы — богослов

Преподобный Иоанн Лествичник почитается Святой Церковью как великий подвижник и автор замечательного духовного творения, называемого «Лествицей», поэтому преподобный и получил прозвание Лествичника.

О происхождении преподобного Иоанна почти не сохранилось сведений. Существует предание, что он родился около 570 года и был сыном святых Ксенофонта и Марии, память которых празднуется Церковью 26 января. Шестнадцати лет отрок Иоанн пришел в Синайский монастырь. Наставником и руководителем преподобного стал авва Мартирий.

После четырех лет пребывания на Синае святой Иоанн Лествичник был пострижен в иночество. Один из присутствовавших при постриге, авва Стратигий, предсказал, что он станет великим светильником Церкви Христовой. В течение 19-ти лет преподобный Иоанн подвизался в послушании своему духовному отцу.

После смерти аввы Мартирия преподобный Иоанн избрал отшельническую жизнь, удалившись в пустынное место, называемое Фола, где провел 40 лет в подвиге безмолвия, поста, молитвы и покаянных слезах.

Не случайно в «Лествице» преподобный Иоанн так говорит о слезах покаяния: «Как огонь сожигает и уничтожает хворост, так чистая слеза омывает все нечистоты, наружные и внутренние». Сильна и действенна была его святая молитва, об этом свидетельствует пример из жития угодника Божия.

У преподобного Иоанна был ученик, инок Моисей. Однажды наставник приказал своему ученику наносить в сад земли для грядок. Исполняя послушание, инок Моисей из-за сильного летнего зноя прилег отдохнуть под тенью большого утеса. Преподобный Иоанн Лествичник находился в это время в своей келлии и отдыхал после молитвенного труда.

Внезапно ему явился муж почтенного вида и, разбудив святого подвижника, с упреком сказал: «Почему ты, Иоанн, спокойно отдыхаешь здесь, а Моисей находится в опасности?» Преподобный Иоанн тотчас пробудился и стал молиться за своего ученика.

Когда его ученик возвратился вечером, преподобный спросил, не случилось ли с ним что-либо плохое. Инок ответил: «Нет, но я подвергся большой опасности. Меня едва не раздавил большой обломок камня, оторвавшийся от утеса, под которым я в полдень уснул.

К счастью, мне представилось во сне, что ты зовешь меня, я вскочил и бросился бежать, а в это время с шумом упал огромный камень на то самое место, с которого я убежал…».

Об образе жизни преподобного Иоанна известно, что питался он тем, что не запрещалось уставом постнической жизни, но — умеренно. Не проводил ночей без сна, хотя спал не более того, сколько необходимо для поддержания сил, чтобы непрестанным бодрствованием не погубить ума.

«Я не постился чрезмерно, — говорит он сам о себе, — и не предавался усиленному ночному бдению, не лежал на земле, но смирялся.., и Господь скоро спас меня». Примечателен следующий пример смирения преподобного Иоанна Лествичника.

Одаренный высоким проницательным умом, умудренный глубоким духовным опытом, он с любовью поучал всех приходивших к нему, руководя их к спасению.

Но когда явились некоторые, по зависти упрекавшие его в многословии, которое они объясняли тщеславием, то преподобный Иоанн наложил на себя молчание, чтобы не подавать повода к осуждению, и безмолвствовал в течение года. Завистники осознали свое заблуждение и сами обратились к подвижнику с просьбой не лишать их духовной пользы собеседования.

Скрывая свои подвиги от людей, преподобный Иоанн иногда уединялся в пещере, но слава о его святости распространилась далеко за пределы места подвигов, и к нему непрестанно приходили посетители всех званий и состояний, жаждавшие услышать слово назидания и спасения.

В возрасте 75-ти лет, после сорокалетнего подвижничества в уединении, преподобный был избран игуменом Синайской обители. Около четырех лет управлял преподобный Иоанн Лествичник святой обителью Синая.

Господь наделил преподобного к концу его жизни благодатными дарами прозорливости и чудотворений.

Во время управления монастырем по просьбе святого Иоанна, игумена Раифского монастыря (память в Сырную субботу), и была написана преподобными знаменитая «Лествица» — руководство для восхождения к духовному совершенству.

Зная о мудрости и духовных дарованиях преподобного, Раифский игумен от лица всех иноков своей обители просил написать для них «истинное руководство для последующих неуклонно, и как бы лествицу утверж-дену, которая желающих возводит до Небесных врат…

» Преподобный Иоанн, отличавшийся скромным о себе мнением, сначала смутился, но затем из послушания приступил к исполнению просьбы раифских иноков. Свое творение преподобный так и назвал — «Лествица», объясняя название следующим образом: «Соорудил я лествицу восхождения… от земного во святая…

во образ тридцати лет Господня совершеннолетия, знаменательно соорудил лествицу из 30 степеней, по которой, достигнув Господня возраста, окажемся праведными и безопасными от падения». Цель этого творения — научить, что достижение спасения требует от человека нелегкого самоотвержения и усиленных подвигов.

«Лествица» предполагает, во-первых, очищение греховной нечистоты, искоренение пороков и страстей в ветхом человеке; во-вторых, восстановление в человеке образа Божия.

Хотя книга была написана для иноков, любой христианин, живущий в миру, получает в ней надежного путеводителя для восхождения к Богу, и столпы духовной жизни — преподобный Феодор Студит (память 11 ноября и 26 января), Сергий Радонежский (память 25 сентября и 5 июля), Иосиф Волоколамский (память 9 сентября и 18 октября) и другие — ссылались в своих наставлениях на «Лествицу» как на лучшую книгу для спасительного руководства.

Содержание одной из степеней «Лествицы» (22-я) раскрывает подвиг истребления тщеславия. Преподобный Иоанн пишет: «Тщеславие высказывается при каждой добродетели. Когда, например, храню пост — тщеславлюсь, и когда, скрывая пост от других, разрешаю на пищу, опять тщеславлюсь — благоразумием.

Одевшись в светлую одежду, побеждаюсь любочестием и, переодевшись в худую, тщеславлюсь. Говорить ли стану — попадаю во власть тщеславия. Молчать ли захочу, опять предаюсь ему. Куда ни поверни это терние, оно всё станет спицами кверху. Тщеславный… на взгляд чтит Бога, а на деле более старается угодить людям, чем Богу…

Люди высокого духа сносят обиду благодушно и охотно, а слушать похвалы и не ощущать никакой приятности могут только святые и непорочные… Когда услышишь, что ближний или друг твой в глаза или за глаза злословит тебя, похвали и полюби его…

Не тот показывает смирение, кто сам себя бранит: как быть несносным самому себе? Но кто, обесчещенный другим, не уменьшает своей любви к нему…

Кто превозносится природными дарованиями — счастливым умом, высокой образованностью, чтением, приятным произношением и другими подобными качествами, которые легко приобретаются, тот никогда не приобретает даров сверхъестественных. Ибо кто в малом не верен, тот и во многом будет не верен и тщеславен.

Часто случается, что Сам Бог смиряет тщеславных, насылая неожиданное бесчестие… Если молитва не истребит тщеславного помысла, приведем на мысль исход души из этой жизни. Если и это не поможет, устрашим его позором Страшного суда. «Возносяйся смирится» даже здесь, прежде будущего века. Когда хвалители, или лучше — льстецы, начнут хвалить нас, тотчас приведем себе на память все беззакония свои и найдем, что вовсе не стоим мы того, что нам приписывают».

Этот и другие примеры, находящиеся в «Лествице», служат образцом той святой ревности о своем спасении, которая необходима каждому человеку, желающему жить благочестиво, а письменное изложение его мыслей, составляющих плод многих и утонченных наблюдений его над своей душою и глубокого духовного опыта, является руководством и великим пособием на пути к истине и добру.

Степени «Лествицы» — это прехождение из силы в силу на пути стремления человека к совершенству, которое не вдруг, но только постепенно может быть достигаемо, ибо, по слову Спасителя, «Царство Небесное силою берется, и употребляющие усилие восхищают его» (Мф. 11, 12). Pravoslavie.ru

  • Преподобный Иоанн Лествичник игумен Синайской горы - Богослов
  • Преподобный Иоанн Лествичник игумен Синайской горы - Богослов
  • Преподобный Иоанн Лествичник игумен Синайской горы - Богослов
  • Преподобный Иоанн Лествичник игумен Синайской горы - Богослов
  • Преподобный Иоанн Лествичник игумен Синайской горы - Богослов
  • Преподобный Иоанн Лествичник игумен Синайской горы - Богослов
  • Преподобный Иоанн Лествичник игумен Синайской горы - Богослов
  • Преподобный Иоанн Лествичник игумен Синайской горы - Богослов

Читать

Преподобного отца аввы Иоанна, игумена Синайской горы, лествица

Преподобный Иоанн Лествичник, игумен Синайской горы. Современная греческая икона

Иллюстрация из рукописи 1647 г.

Предисловие книги сей, именуемой «Скрижали духовные»

Всем, поспешающим написать имена свои в книге жизни на небесах, настоящая книга показывает превосходнейший путь.

Шествуя сим путем, увидим, что она непогрешительно руководит последующих ее указаниям, сохраняет их неуязвленными от всякого претыкания и представляет нам лествицу утвержденную, возводящую от земного во Святая Святых, на вершине которой утверждается Бог любви.

Сию, думаю, лествицу видел и Иаков, запинатель[1] страстей, когда покоился на подвижническом ложе[2]. Но взойдем, умоляю вас, с усердием и верой на сей умственный и небошественный восход, начало которого – отречение от земного, а конец – Бог любви.

Преподобный отец премудро рассудил, устроивши для нас восхождение, равночисленное возрасту Господнему по плоти; ибо в образ тридцати лет Господнего совершеннолетия гадательно[3] изобразил лествицу, состоящую из тридцати степеней духовного совершенства, по которой, достигши полноты возраста Господня, мы явимся поистине праведными и непреклонными к падению. А кто не достиг сей меры возраста, тот еще младенец и по точному свидетельству сердца окажется несовершенным. Мы признали за нужное прежде всего поместить в этой книге житие преподобного премудрого отца, чтобы читатели, взирая на его подвиги, удобнее поверили его учению.

Краткое описание жития аввы Иоанна, игумена святой горы Синайской, прозванного схоластиком[4], поистине святого отца, составленное монахом Раифским Даниилом, мужем честным и добродетельным

Не могу сказать с достоверной точностью, в каком достопамятном граде родился и воспитывался сей великий муж до исшествия своего на подвиг брани, а какой град ныне покоит и нетленной пищей питает сего дивного, это мне известно. Он пребывает ныне в том граде, о котором говорит велегласный Павел, взывая: Наше житие на небесех есть (Флп. 3, 20).

Невещественным чувством насыщается он блага, которым невозможно насытиться, и наслаждается невидимой добротой, духовно утешается духовным[5], получив воздаяния, достойные подвигов, и почесть за труды, нетрудно понесенные[6], – тамошнее наследие, и навсегда соединившись с теми, которых нога ста на правоте (Пс. 25, 12).

Но как сей вещественный достиг невещественных сил и совокупился с ними, это я постараюсь изъяснить по возможности.

Будучи шестнадцати лет телесным возрастом, совершенством же разума тысящелетен, сей блаженный принес себя самого как некую чистую и самопроизвольную жертву Великому Архиерею[7] и телом восшел на Синайскую, а душой на небесную гору. С тем, думаю, намерением, чтобы от видимого сего места иметь пользу и лучшее наставление к достижению невидимого.

Итак, отсекши бесчестную дерзость отшельничеством, сею обладательницею наших мысленных отроковиц[8], восприняв же благолепное смиренномудрие, он при самом вступлении в подвиг весьма благоразумно отогнал от себя обольстительное самоугодие и самоверие, ибо преклонил свою выю и вверил себя искуснейшему учителю, чтобы при благонадежном его руководстве непогрешительно переплывать бурное море страстей. Умертвив себя таким образом, он имел в себе душу как бы без разума и без воли, совершенно свободную и от естественного свойства, а еще удивительнее то, что, обладая внешней мудростью, он обучался небесной простоте. Дело преславное! Ибо кичливость философии не совмещается со смирением. Потом, по прошествии девятнадцати лет, предпослав к Небесному Царю своего учителя как молитвенника и заступника[9], и сам он исходит на поприще безмолвия, нося сильные на разорение твердынь оружия (2 Кор. 10, 4) – молитвы великого (своего отца). И, избрав место, удобное к подвигам уединения, в пяти стадиях[10] от храма Господня (место это называется Фола), он провел там сорок лет в неослабных подвигах, всегда пылая горящей ревностью и огнем божественным. Но кто может выразить словами и восхвалить сказанием труды его, там понесенные? И как явно представить всякий труд его, который был тайным сеянием? Впрочем, хотя через некоторые главные добродетели известимся о духовном богатстве сего блаженного мужа.

Он употреблял все роды пищи, без предосуждения разрешаемые иноческому званию, но вкушал весьма мало, премудро сокрушая и через это, как я думаю, рог кичливости. Итак, малоядением угнетал он госпожу оную, то есть плоть, многого похотливо желающую, голодом вопия к ней: Молчи, престань (Мк. 4, 39).

Тем же, что вкушал от всего понемногу, порабощал он мучительство славолюбия; а пустынножитием и удалением от людей утолил он пламень сей (то есть телесной) печи, так что он совсем испепелился и угас совершенно. Милостыней и скудостью во всем потребном мужественный сей подвижник мужественно избежал идолослужения, то есть сребролюбия (Кол.

Читайте также:  Праздник введения во храм пресвятой богородицы (после всенощного бдения 3 декабря 2018) - богослов

3, 5); от ежечасной смерти душевной, то есть от уныния и расслабления, восставлял он душу, возбуждая ее памятью телесной смерти, как остном[11]; а сплетение пристрастия и всяких чувственных помыслов разрешил невещественными узами святой печали.

Мучительство гнева еще прежде было в нем умерщвлено мечом послушания; неисходным же уединением и всегдашним молчанием умертвил он пиявицу паутинного тщеславия.

Что же скажу о той славной победе, которую сей добрый таинник одержал над восьмой отроковицей?[12] Что скажу о крайнейшем очищении, которое сей Веселеил[13] послушания начал, а Владыка небесного Иерусалима, пришедши, совершил Своим присутствием; ибо без сего не может быть побежден диавол с сообразным ему полчищем.

Где помещу в настоящем нашем плетении венца источник слез его (дарование, не во многих обретающееся), которых тайное делателище и доныне остается – это небольшая пещера, находящаяся у подошвы некоторой горы.

Она настолько отстояла от его келлии и от всякого человеческого жилища, сколько нужно было для того, чтобы заградить слух от тщеславия; но к небесам она была близка рыданиями и взываниями, подобными тем, которые обыкновенно испускают пронзаемые мечами и прободаемые разженным железом или лишаемые очей. Сна принимал он столько, сколько необходимо было, чтобы ум не повредился от бдения; а прежде сна много молился и сочинял книги; это упражнение служило ему единственным средством против уныния. Впрочем, все течение жизни его было непрестанная молитва и пламенная любовь к Богу; ибо день и ночь воображая[14] Его во светлости чистоты, как в зеркале[15], он не хотел или, точнее сказать, не мог насытиться.

Иоанн Лествичник: биография преподобного и о чем просят перед иконой, молитва

Синайский философ и подвижник Иоанн почитается в православии как человек, достигший при жизни духовного совершенства.

В православной литературе прославилась его книга «Лествица», как образец и руководство к самосовершенствованию. По названию труда отца Иоанна прозвали Лествичником.

Книга послужила путеводителем для других известных подвижников и религиозных авторов: Сергия Радонежского, Феодора Студита, Иосифа Волоколамского.

Краткая биография святого

О жизни святого старца Иоанна Лествичника известно немного. Он родился в 6 веке. Его жизнеописание входит в «Повествование о Синайских отцах», авторства Анастасия Синаита. Основываясь на древнем литературном источнике, год рождения старца — 579. В некоторых источниках указывают 525 год, но точных подтверждений нет.

Всю жизнь старец прожил на горе Синай. Первое житие преподобного составил инок Даниил из Раифского монастыря, с которым Иоанн дружил при жизни. Безымянный современник и ученик отшельника оставил воспоминания о наставнике. Даниил включил его записки в свое сочинение.

Происхождение

Родина Иоанна Лествичника — Византия или Южная Палестина. По легенде, его родители — святые Ксенофонт и Мария. Они принадлежали к знатному сословию, но отличались душевной добротой и набожностью. В преклонных летах супруги приняли иночество и обрели дар прозорливости.

Если Ксенофонт и Мария — действительно родители Иоанна Лествичника, в житии упоминали бы о его брате Аркадии или о службе в иерусалимском монастыре. Но преподобный всю жизнь провел в пустыне. У него был родной брат, тоже монах и настоятель Синайского монастыря. Но безымянный современник старца называет его Георгием. Поэтому версия о святых родителях не доказана.

По писательскому слогу старца в книге «Лествица» угадывается его образованность. Скорее всего, его предки — не из простолюдинов. Некоторые историки считают, что Иоанн Схоластик и Лествичник — одно лицо. Если верить этому утверждению, монах обладал знаниями по риторике и праву.

Житие

По стопам праведных родителей или по собственному желанию, но в 16 лет юноша ушел жить на гору Синай. Первые 4 года он ходил в послушниках у старца Мартирия, а в 20 лет принял постриг. В день принятия иночества старец Стратигий предвидел, что Иоанн послужит на благо церкви и войдет в историю православия.

19 лет инок был учеником старца Мартирия. После смерти наставника Иоанн совершил поездку в Египет. Месяц он прожил среди монахов одного из Пахомиевых монастырей и побывал в Скитской пустыне. Впоследствии в своем поучительном произведении он изобразил игумена египетской обители как образцового пастыря.

По возвращении монах Иоанн ушел жить в пещеру у подножия горы Синай, перед которой раскинулся пустырь Фола. 40 лет он провел в одиночестве, соблюдал пост и молился. В тот период отшельник составил изречение о покаянных слезах, которое приводит в «Лествице». Покаянная слеза смывает внутренние и внешние нечистоты, как огонь сжигает хворост.

Иоанн Лествичник вел умеренно аскетический образ жизни. Он не изнурял себя голоданием, а ел пищу, разрешенную в пост, сколько ему требовалось. Святой отец не проводил бессонные ночи в молитвах. Он отводил на сон достаточно времени для ясности разума.

Иоанн славился мудростью, и к нему часто приходили люди за советом. У старца был ученик, но имя его неизвестно. Встречались и недоброжелатели. Иоанна упрекали в многословии и тщеславии. Чтобы не искушаться, он целый год хранил обет молчания. Но советы его очень ценили. Поэтому люди, упрекавшие старца, сами попросили его вновь вернуться к наставническим беседам.

В 75 лет Иоанн по приглашению возглавил Синайский монастырь и управлял обителью 4 года. Потом он передал дела родному брату Георгию, снова вернулся к отшельничеству и жил в уединении до своей кончины.

Чудеса преподобного

Старец Иоанн с теплотой и пониманием встречал людей, нуждавшихся в его наставлении. Слава о мудром монахе разошлась среди церковных и простых людей. Отшельник не гордился своими чудесами и искал уединения в пещере.

В начале иночества

Иоанн с учителем Мартирием пришли к преподобному Анастасию Синоиту. Великий подвижник спросил Мартирия, кто постриг его ученика. Тот указал на себя.

Анастасий с удивлением указал на новообращенного, как на игумена Синайской горы. Другой старец, Иоанн Савваит, в присутствии своего ученика Стефана омыл ноги юному Иоанну, но не Мартирию.

Стефан спросил об этом Савваита, и тот ответил, что омыл ноги Синайскому игумену, а не отроку.

В отшельничестве

Чудесный случай произошел с его учеником. По просьбе отца Иоанна инок трудился в саду в знойный день. В полдень он устал и прилег отдохнуть. Старец же сидел в своей келье. Вдруг отцу Иоанну явился дух почтенного старца-подвижника и сказал, что его ученику грозит опасность. Иоанн стал молиться об ученике.

Когда вечером инок вернулся, наставник спросил его, хорошо ли прошел его день. Тот ответил, что в полдень он отдыхал от работы и увидел сон. Иоанн звал ученика во сне. Инок проснулся и хотел бежать на помощь учителю. Но когда он немного отбежал от места отдыха, туда упал камень со скалы.

Иоанн помог брату Исаакию избавиться от беса. Исаакий пришел к мудрецу и рассказал о тяжкой борьбе с нечистым. Иоанн призвал несчастного к молитве. Не успели они закончить моление, как бес покинул Исаакия и бросился бежать от братьев, будто подгоняемый невидимым хлыстом. Спасенный монах возблагодарил Бога и прославившего Его Иоанна.

В старости

Чудесное явление случилось, когда отец Иоанн стал игуменом монастыря Святой Екатерины на Синае. Братья очень настаивали, чтобы мудрый отшельник возглавил их обитель, и тот согласился, хоть и был уже стар. Его называли новым Моисеем.

В день посвящения в должность среди шестисот гостей в монастыре заметили паломника в грубой тоге, коротко стриженного. После торжества он исчез. Никто из братьев не знал его. Только прп. Иоанн проявил чудо прозорливости и понял, что это господин Моисей пришел послужить им в святом месте.

В засуху к настоятелю пришли местные жители и попросили его помочь молитвой о дожде. После молитвы преподобного на землю пролилась влага.

Самое главное чудо Иоанна Лествичника — смирение, сила воли и наблюдательность, благодаря которым он сам смог подняться по лестнице благочестия и помочь другим.

Смерть

Точная дата кончины святого Иоанна Лествичника неизвестна. Предположительно называют 649 год. Накануне кончины преподобный дал последние наставления монахам. В последние минуты с ним пребывал отец Георгий.

Родной брат печалился от того, что остается один стеречь монастырскую паству. Он надеялся покинуть земную юдоль первым, и чтобы Иоанн отпускал его. Но преподобный успокоил Георгия, обещал молиться о нем пред Богом и предрек кончину менее, чем через год.

Его предсказание сбылось — брат почил через 10 месяцев.

Творческое наследие

Главный труд, написанный старцем Иоанном — «Лествица». Книга известна также под названиями «Скрижали духовные», «Лествица райская». Она написана в 6 веке и отражает уклад монашеской жизни того времени.

В произведении автор описывает 30 ступеней духовного развития, соответствующие годам Христа. Человек, преодолевший все ступени духовной лестницы, спасет душу и войдет в Царство Божие. После восхождения на последнюю ступень человек по чистоте души сравняется с Иисусом. Но главным условием для обретения душевного совершенства старец называл отречение от мирской жизни.

Преподобный написал сочинение для наставления монахов по просьбе Раифского игумена. Тот слышал о подвигах, мудрости и силе духа старца Иоанна и хотел, чтобы другие монахи учились благочестию и смирению.

Но «Лествица» — полезное чтение не только для священнослужителей. Миряне тоже найдут в книге полезные наставления. Главное поучение автора в том, что ради спасения нужно самоотверженно трудиться, избавляться от пороков и страстей и стремиться к образу Божьему.

Структура книги похожа на лестницу Иакова, описанную в Библии.

Святой Иоанн приводит примеры ревностного стремления к благочестию. В основе книги лежат его собственные духовные изыскания и наблюдения.

Преподобный учит, как прийти к истине, любви и душевной чистоте, основываясь на собственном опыте. Менее известен второй писательский труд отца Иоанна Лествичника — книга «К пастырю».

Читайте также:  Божественная литургия в благодарном 10 августа 2021 года - богослов

В сочинении преподобный обращается к духовным наставникам и сообщает об их обязанностях.

Иконография

Иоанна Лествичника изображали двумя способами:

  • портретной иконой;
  • на иллюстрациях по сюжету «Лествицы».

На портретах видны индивидуальные черты лица старца:

  • аскетическая угловатость;
  • морщины на лбу;
  • длинная широкая борода;
  • залысины.

Одеяние святого отца:

  • хитон;
  • мантия;
  • схима с куколем;
  • аналав.

Его изображают с книгой, свитком или крестом в руках.

Иконы Иоанна Лествичника писали с 10 века. Портреты старца встречаются на фресках и страницах рукописей.

На стенах греческих монастырей сохранились мозаики, на которых святой отец соседствует с преподобным Макарием Египетским.

Образ Иоанна Лествичника включен в соборные иконы «Святых отцов Синая», «Святые Иоанн Лествичник, Георгий и Власий Севастийский». Изображения благочестивого монаха находятся в церквях Сербии, на Афоне, в Македонии.

Преподобного можно найти в системах росписи и на фресках в русских церквях: в Великом Новгороде, Пскове, Москве, Ростове, Переславле-Залесском.

В рукописях «Лествицы» автора изображали у подножия или наверху лестницы. Перед текстом помещали иллюстрацию со старцем, пишущим за столом книгу. Иногда его изображали проповедующим перед толпой братьев-монахов.

В Синайском монастыре хранилась рукопись с иллюстрацией, изображающей Иоанна Лествичника и Иисуса Христа. На миниатюре преподобный вручает свою книгу Спасителю. Икона святого на вершине лестницы написана в Византии в 12 веке.

На иконографическом изображении рядом с преподобным находится Христос в облачном сегменте и дарует ему благословение.

Гимнография

В 9-11 веках память святого отца отмечали 30 марта без праздничной службы. Со второй половины 11 века святому читали канон, стихиры и седален. В Византии был написан канон преподобному с акростихом по сюжету «Лествицы».

По раннему Иерусалимскому уставу, в памятные дни преподобного также обходились без праздничных гимнов. В 16 веке полагалось читать отпустительный тропарь и кондак. В старинных русских типиконах предписывалось читать отпустительные гимны в день памяти и последование на Великий пост. Сербский Романов Типик приводит праздничное последование.

В современных службах преподобному читают отпустительный тропарь, кондак 1 и 4 гласа, ирмосы, каноны. Канон «Добре отвратившесь дольнего мира» состоит из 30 кондаков, включает ирмосы и богородичены, значение которых перекликается с главами «Лествицы». Неседальную песнь или акафист, а также молитву, преподобному не составили.

Почитание в православии

Священнослужители почитают святого Иоанна Лествичника за его вклад в благоустройство монашеского уклада жизни.

«Лествицу» преподобного Иоанна читали во время трапез в монастырях. Ее предписывалось читать на Великий пост пять дней в неделю. Сохранились переводы книги на древние христианские языки: грузинский, армянский, сирийский, славянский и латынь.

В честь преподобного получил имя старший сын Ивана Грозного. После рождения царевича Иоанна написали мерную икону покровителя. Сыновья царя Иоанна IV увековечили память о святом отце в построенных и освященных в его честь церквях Московского Кремля и Белозерского Кириллового монастыря.

О чем просят перед образом

Иоанн Лествичник — наставник по совершенствованию духа. Практические ответы на просьбы об укреплении духа, помощи в борьбе с пороками, которые могут быть ему адресованы, найдутся в его «Лествице». Он помогает своим сочинением преодолеть страсти, очистить душу от грехов слезами и покаянием, обрести покой и смирение. В страхе, скорби или унынии христиане могут обращаться к «Лествице».

Перед иконой славят святого в день памяти и просят об укреплении в вере. Специальной молитвы преподобному не составили. Его подвиг состоит в духовном труде. Поэтому обращаются к старцу своими словами, предварительно прочитав хвалебный гимн.

Тексты молитвы

Тропарь преподобному Иоанну Лествичнику, игумену Синайскому, глас 1:

«Пустынный житель и в телеси Ангел и чудотворец явился еси, богоносе отче наш Иоанне, постом, бдением, молитвою Небесная дарования приим, исцеляеши недужныя и души верою притекающих ти. Слава Давшему ти крепость, слава Венчавшему тя, слава Действующему тобою всем исцеления».

  • Ин тропарь преподобному Иоанну Лествичнику, игумену Синайскому, глас 8:
  • «Слез твоих теченьми пустыни безплодное возделал еси, и иже из глубины воздыханьми во сто трудов уплодоносил еси, и был еси светильник вселенней, сияя чудесы, Иоанне, отче наш, моли Христа Бога спастися душам нашим».
  • Ин тропарь преподобному Иоанну Лествичнику, игумену Синайскому, глас 4:

«Яко Божественную лествицу, обретохом, Иоанне преподобне, твоя Божественныя добродетели, к Небеси возводящия ны: добродетелей бо ты был еси воображение. Тем моли Христа Бога, да спасет души наша».

  1. Кондак преподобному Иоанну Лествичнику, игумену Синайскому, глас 4:
  2. «На высоте Господь воздержания истинна тя положи, якоже звезду нелестную, световодящую концы, наставниче Иоанне, отче наш».
  3. Ин кондак преподобному Иоанну Лествичнику, игумену Синайскому, глас 1:
  4. «Плоды присноцветущия, от твоей книги принося учения, премудре, услаждавши сердца, сим с трезвением внемлющих, блаженне: лествица бо есть, души возводящая от земли к Небесней и пребывающей славе верою чтущих тя».

Читать книгу «Лествица» онлайн полностью???? — Иоанна Лествичника — MyBook

Не могу сказать с достоверною точностью, в каком достопамятном граде родился и воспитывался сей великий муж до исшествия своего на подвиг брани, а какой град ныне покоит и нетленною пищею питает сего дивного, это мне известно.

Он пребывает ныне в том граде, о котором говорит велегласный Павел, взывая: Наше житие на небесех есть (Флп. 3, 20); невещественным чувством насыщается он блага, которым невозможно насытиться, и наслаждается невидимою добротою, духовно утешается духовным (в слав.

: «умом единым радуяся о Уме, мысленно созерцаемом»), получив воздаяния, достойные подвигов, и почесть за труды, нетрудно понесенные – тамошнее наследие, и навсегда соединившись с теми, которых нога… ста на правоте (Пс. 25, 12).

Но как сей вещественный достиг невещественных сил и совокупился с ними, это я постараюсь изъяснить по возможности.

Будучи шестнадцати лет телесным возрастом, совершенством же разума тысящелетен, сей блаженный принес себя самого как некую чистую и самопроизвольную жертву Великому Архиерею и телом восшел на Синайскую, а душою на небесную гору с тем, думаю, намерением, чтобы от видимого сего места иметь пользу и лучшее наставление к достижению невидимого.

И так, отсекши бесчестную дерзость отшельничеством, сею обладательницею наших мысленных отроковиц (то есть страстей) (см.

: Слово 10, 3), восприяв же благолепное смиренномудрие, он при самом вступлении в подвиг весьма благоразумно отогнал от себя обольстительное самоугодие и самоверие; ибо преклонил свою выю и вверил себя искуснейшему учителю, чтобы при благонадежном его руководстве непогрешительно переплывать бурное море страстей.

Умертвив себя таким образом, он имел в себе душу как бы без разума и без воли, совершенно свободную и от естественного свойства, а еще удивительнее то, что, обладая внешнею мудростью, он обучался небесной простоте. Дело преславное! Ибо кичливость философии не совмещается со смирением.

Потом, по прошествии девятнадцати лет, предпослав к Небесному Царю своего учителя как молитвенника и заступника, и сам он исходит на поприще безмолвия, нося сильныя на разорение твердынь оружия (2 Кор.

10, 4) – молитвы великого (своего отца); и избрав место, удобное к подвигам уединения, в пяти стадиях от храма Господня (место это называется Фола), он провел там сорок лет в неослабных подвигах, всегда пылая горящею ревностью и огнем Божественным. Но кто может выразить словами и восхвалить сказанием труды его, там понесенные? И как явно представить всякий труд его, который был тайным сеянием? Впрочем, хотя через некоторые главные добродетели известимся о духовном богатстве сего блаженного мужа.

Он употреблял все роды пищи, без предосуждения разрешаемые иноческому званию, но вкушал весьма мало, премудро сокрушая и через это, как я думаю, рог кичливости.

Итак, малоядением угнетал он госпожу оную, то есть плоть, многого похотливо желающую, голодом вопия к ней: Молчи, перестань; тем же, что вкушал от всего понемногу, порабощал он мучительство славолюбия; а пустынножитием и удалением от людей утолил он пламень сей (то есть телесной) печи, так что он совсем испепелился и угас совершенно. Милостынею и скудостью во всем потребном мужественный сей подвижник мужественно избежал идолослужения, то есть сребролюбия (Кол. 3, 5), от ежечасной смерти душевной, то есть от уныния и от расслабления (и) восставлял он душу, возбуждая ее памятью телесной смерти, как остном; а сплетение пристрастия и всяких чувственных помыслов разрешил невещественными узами святой печали. Мучительство гнева еще прежде было в нем умерщвлено мечом послушания; неисходным же уединением и всегдашним молчанием умертвил он пиявицу паутинного тщеславия. Что же скажу о той славной победе, которую сей добрый таинник одержал над восьмою отроковицею? (то есть гордостью, которая в числе главных восьми страстей есть восьмая).

Что скажу о крайнейшем очищении, которое сей Веселеил послушания начал, а Владыка небесного Иерусалима, пришедши, совершил Своим присутствием; ибо без сего не может быть побежден диавол с сообразным ему полчищем.

Где помещу в настоящем нашем плетении венца источник слез его (дарование, не во многих обретающееся), которых тайное делателище и доныне остается, – это небольшая пещера, находящаяся у подошвы некоторой горы; она настолько отстояла от его келлии и от всякого человеческого жилища, сколько нужно было для того, чтобы заградить слух от тщеславия; но к небесам она была близка рыданиями и взываниями, подобными тем, которые обыкновенно испускают пронзаемые мечами и прободаемые разжженным железом или лишаемые очей. Сна принимал он столько, сколько необходимо было, чтобы ум не повредился от бдения; а прежде сна много молился и сочинял книги; это упражнение служило ему единственным средством против уныния. Впрочем, все течение жизни его была непрестанная молитва и пламенная любовь к Богу; ибо день и ночь воображая Его во светлости чистоты, как в зеркале, он не хотел или, точнее сказать, не мог насытиться.

Некто из монашествующих именем Моисей, поревновав житию Иоанна, убедительно просил его, чтобы он принял его к себе в ученики и наставил на истинное любомудрие; подвигнув старцев на ходатайство, Моисей через их просьбы убедил великого мужа принять себя.

Некогда авва повелел сему Моисею переносить с одного места на другое землю, которой требовало удобрение гряд для зелий: достигши указанного места, Моисей без лености исполнял повеление, но как в полдень настал чрезвычайный зной (а тогда был последний летний месяц), то он уклонился под большой камень, лег и уснул.

Господь же, Который ничем не хочет опечалить рабов Своих, по обычаю Своему предупреждает угрожавшее ему бедствие.

Ибо великий старец, сидя в келлии и размышляя о себе и о Боге, преклонился в тончайший сон и видит священнолепного мужа, который возбуждал его и, посмеиваясь сну его, говорил: «Иоанн, как ты беспечно спишь, когда Моисей в опасности?» Вскочивши немедленно, Иоанн вооружился молитвою за ученика своего; и когда тот вечером возвратился, спрашивал его, не случилась ли с ним какая-нибудь беда или нечаянность? Ученик отвечал: «Огромный камень едва не раздавил меня, когда я спал под ним в полдень, но мне показалось, будто ты зовешь меня, и я вдруг выскочил из того места». Отец же, поистине смиренномудрый, ничего из видения не открыл ученику но тайными воплями и воздыханиями любви восхвалял благого Бога.

Сей преподобный был и образцом добродетелей, и врачом, исцелявшим сокровенные язвы. Некто по имени Исаакий, будучи весьма сильно угнетаем бесом плотской похоти и уже изнемогший духом, поспешил прибегнуть к сему великому и объявил ему свою брань словами, растворенными рыданием.

Дивный муж, удивляясь вере его, сказал: «Станем, друг, оба на молитву». И между тем как молитва их кончилась и страждущий еще лежал, повергшись ниц лицом, Бог исполнил волю раба Своего (Пс.

Читайте также:  Как правильно креститься православным христианам в церкви - богослов

144, 19), дабы оправдать слово Давидово; и змей, мучимый биениями истинной молитвы, убежал; а недужный, увидев, что избавился от недуга, с великим удивлением воссылал благодарение Прославившему и прославленному.

Другие, напротив, подстрекаемые завистью, называли его (преподобного Иоанна) излишне говорливым и пустословом. Но он вразумил их самим делом и показал всем, что вся может о укрепляющем всех Христе (Флп.

4, 13); ибо молчал в течение целого года, так что порицатели его превратились в просителей и говорили: «Заградили мы источник приснотекущей пользы ко вреду общего всех спасения».

Иоанн же, чуждый прекословия, послушался и снова начал держаться первого образа жизни.

Потом все, удивляясь преуспеянию его во всех добродетелях как бы новоявленного Моисея, поневоле возвели его на игуменство братии, и, возвысивши сей светильник на свещник начальства, добрые избиратели не погрешили; ибо Иоанн приблизился к таинственной горе, вшедши во мрак, куда не входят непосвященные, и, возводимый по духовным степеням, принял богоначертанное законоположение и видение. Слову Божию отверз уста свои, привлек Духа, отрыгнул слово, и из благаго сокровища сердца своего изнес словеса благая (Мф. 12, 35). Он достиг конца видимого жития в наставлении новых израильтян, то есть иноков, тем одним отличаясь от Моисея, что вошел в горний Иерусалим, а Моисей, не знаю как, не достиг земного.

Дух Святый говорил его устами, свидетелями этому служат многие из тех, которые спаслись и доныне спасаются через него. Превосходным свидетелем премудрости сего премудрого и подаваемого им спасениябыл новый оный Давид (полагают, что новым Давидом назван здесь вышеупомянутый Исаакий).

Свидетелем того же был и добрый Иоанн, преподобный наш пастырь (Раифский игумен).

Он и убедил сего нового боговидца усильными своими просьбами для пользы братии сойти помышлением с горы Синайской и показать нам свои Богописанные скрижали, в которых наружно содержится руководство деятельное, а внутренно – созерцательное (то есть в «Лествице» внешние слова поучают деятельности, а внутренний духовный разум наставляет к видению).

Таким описанием покусился я в немногих словах заключить многое, ибо краткость слова имеет красоту и в искусстве витийства. (а)

Некогда авва Мартирий пришел с аввою Иоанном к Анастасию Великому, и сей, взглянув на них, говорит авве Мартирию: «Скажи, авва Мартирий, откуда этот отрок и кто постриг его?» Тот отвечал: «Он раб твой, отче, и я постриг его». Анастасий говорит ему: «О, авва Мартирий, кто бы подумал, что ты постриг игумена Синайского?» И святой муж не погрешил: по прошествии сорока лет Иоанн сделан был нашим игуменом.

В другое время авва Мартирий, также взяв с собою Иоанна, пошел к великому Иоанну Савваиту, пребывавшему тогда в пустыне Гуддийской.

Увидев их, старец встал, налил воды, умыл ноги авве Иоанну и облобызал его руку, авве же Мартирию ног не умывал и потом, когда ученик его Стефан спросил, почему он так поступил, отвечал ему: «Поверь мне, чадо, я не знаю, кто этот отрок, но я принял игумена Синайского и умыл ноги игумену».

В день пострижения аввы Иоанна (а он постригся на двадцатом году своей жизни) авва Стратегий предсказал о нем, что он будет некогда великою звездою.

В тот самый день, когда поставили Иоанна нашим игуменом и когда сошлось к нам около шестисот посетителей и все они сидели, вкушая пищу, Иоанн видел мужа с короткими волосами, одетого по-иудейски в плащаницу, который как некий распорядитель ходил повсюду и раздавал приказания поварам, экономам, келарям и прочим служителям. Когда те люди разошлись и служители сели за трапезу, искали сего, повсюду ходившего и раздававшего приказания, но нигде не нашли. Тогда раб Божий, преподобный отец наш Иоанн, говорит нам: «Оставьте его, господин Моисей ничего не сделал странного, послужив в своем месте».

Некогда в Палестинских странах было бездождие, авва Иоанн по прошению тамошних жителей помолился, и сошел обильный дождь. И нет ничего тут невероятного, ибо волю боящихся Его сотворит Господь и молитву их услышит (Пс. 144, 19).

Надобно знать, что Иоанн Лествичник имел родного брата, чудного авву Георгия, которого он еще при жизни своей поставил в Синае игуменом, сам любя безмолвие, которое и сначала уневестил себе сей премудрый.

Когда же Моисей этот, преподобный игумен наш Иоанн, отходил ко Господу, тогда авва Георгий, брат его, стоял перед ним и говорил со слезами: «Итак, ты оставляешь меня и отходишь, я молился, чтобы ты проводил меня, ибо я не возмогу без тебя, господине мой, руководить сию дружину, но теперь мне должно проводить тебя».

Авва Иоанн сказал ему на это: «Не скорби и не заботься, если буду иметь дерзновение ко Господу, то не оставлю тебя провести здесь и один год после меня». Что и сбылось, ибо в десятый месяц потом отошел и сей ко Господу. (а)

ПОСЛАНИЕ
святого Иоанна, игумена Раифского, к досточудному Иоанну, игумену Синайской горы

Вышеестественному и равноангельному отцу отцов и превосходнейшему учителю грешный Раифский игумен желает радоваться о Господе.

Зная прежде всего беспрекословное твое о Господе послушание, украшенное, впрочем, и всеми добродетелями и в особенности там, где надлежит умножить данный тебе от Бога талант, мы, убогие, употребляем поистине убогое и недостаточное слово, припоминая сказанное в Писании: …вопроси отца твоего, и возвестит тебе, старцы твоя, и рекут тебе (Втор. 32, 7).

И потому, припадая к тебе как к общему всех отцу и старшему в подвижничестве, сильнейшему в быстроумии и превосходнейшему учителю, сим писанием нашим молим тебя о глава добродетелей, преподай нам, невежественным, то, что ты видел в боговидении, как древний Моисей, и на той же горе, и изложи это в книге, как на Богописанных скрижалях, в назидание новых израильтян, то есть людей, новоисшедших из мысленного Египта и из моря житейского. И как ты в оном море вместо жезла богоглаголивым языком твоим при содействии Божием чудодействовал, то и ныне, не презирая нашего прошения, благоволи о Господе для спасения нашего благорассудительно и неленостно начертать законы, свойственные и приличные монашескому житию, будучи поистине великим наставником всех начавших такое Ангельское жительство. Не подумай, будто слова наши происходят от лести или ласкательства: тебе, о священная глава, известно, что мы чужды таких действий; но в чем все уверены, что вне всякого сомнения, видимо всеми и о чем все свидетельствуют, то и мы повторяем. Итак, надеемся о Господе скоро получить и облобызать ожидаемые нами драгоценные на скрижалях оных начертания, которые могут служить непогрешительным наставлением для истинных последователей Христовых и, как лествица, утвержденная даже до небесных врат (Быт. 28, 12), возводит произволяющих, чтобы они безвредно, безбедственно и невозбранно проходили полчища духов злобы, миродержителей тьмы и князей воздушных. Ибо, если Иаков, пастырь бессловесных овец, видел на лествице такое страшное видение, то тем более предводитель словесных агнцев не только видением, но и делом и истиною (то есть не только представлением образной лестницы оной в видении, но и самих добродетелей, степенями ее изображаемых, опытным и истинным описанием) может показать всем непогрешительный восход к Богу.

Здравствуй о Господе, честнейший отче!

ОТВЕТ Иоанн Иоанну желает радоваться

Получил я воистину достойное высокого и бесстрастного жития твоего и чистого и смиренного твоего сердца посланное тобою к нам, нищим и убогим в добродетелях, честное твое писание или, лучше сказать, заповедь и повеление, превосходящее нашу крепость.

Так, это поистине тебе и твоей священной душе свойственно просить поучительного слова и наставления у нас, необученных и невежественных делом и словом, ибо она привыкла всегда показывать нам в себе образец смиренномудрия.

Впрочем, скажу и я теперь, что если бы мы не боялись впасть в великую беду отвержением от себя святого ига послушания, матери всех добродетелей, то и не дерзнули бы безрассудно на предприятие, превосходящее нашу силу.

Тебе, дивный отче, следовало бы, спрашивая о таких предметах, научаться от мужей, хорошо познавших это, ибо мы находимся еще в разряде учащихся.

Но как богоносные отцы наши и тайноучители истинного познания определяют, что послушание есть несомненная покорность повелевающим и в тех делах, которые превышают нашу силу, то мы, благочестно презревши нашу немощь, смиренно покусились на труд, превосходящий нашу меру, хотя и не думаем принести тебе какую-нибудь пользу или объяснить нечто такое, что и ты, священная глава, знаешь не меньше нас. Ибо не только я уверен, но и всякий, думаю, из здравомыслящих знает, что око ума твоего чисто от всякого земного и мрачного возмущения мрачных страстей и невозбранно взирает на Божественный свет и озаряется им. Но, боясь смерти, рождающейся от преслушания, и как бы движимый сею боязнью на послушание, приступил я к исполнению всечестного повеления твоего со страхом и любовью, как искренний послушник и непотребный раб превосходнейшего живописца, и при скудном моем знании и недостаточном выражении, одним только чернилом однообразно начертав живые слова, предоставляю тебе, начальник учителей и чиноначальник, все это украсить, уяснить и, как исполнителю скрижалей и закона духовного, недостаточное восполнить. И не к тебе посылаю сей труд, нет, это было бы знаком крайнего неразумия, ибо ты силен о Господе не только иных, но и нас самих утверждать в Божественных нравах и учениях, но к богозванной дружине братии, которые вместе с нами учатся у тебя, о избранный учитель! К ним-то через тебя начинаю сие слово; их и твоими молитвами, как бы некиими водами надежды будучи подъемлем, при всей тяжести невежества простираю ветрило трости и со всяким молением передаю кормило слова нашего в руки доброму нашему сокормчему. Притом прошу всех читающих: если кто здесь усмотрит нечто полезное, то плод всего такого, как благоразумный, да приписывает великому наставнику нашему, а нам да просит воздаяния у Бога за сей слабый труд, не на бедность сочинения (поистине всякой неопытности исполненного) взирая, но принимая намерение приносящего, как вдовичье приношение (У Паисия Величковского: «вдовическое предложение»), ибо Бог воздает награду не множеству даров и трудов, но множеству усердия.

Leave a Comment

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *