Житие иллариона великого — богослов

28 декабря – память священномученика Илариона (Троицкого), архиепископа Верейского

Житие Иллариона Великого - Богослов

Московский Сретенский монастырь. Одна из самых древних и почитаемых обителей не только Первопрестольной, но и всей Русской Церкви.

На протяжении последних десятилетий здесь действуют духовная семинария и книжное издательство, всемирно известный церковный хор и, конечно, хранится немало великих православных святынь.

В их числе – честные мощи священномученика Илариона (Троицкого), епископа Верейского, который в 1923 году настоятелем этой обители.

Житие Иллариона Великого - Богослов

Из Жития священномученика Илариона, епископа Верейского:

«Священномученик Иларион родился в 1886 году в семье сельского священника в Тульской губернии. Окончил Тульскую духовную семинарию и Московскую Духовную академию, где преуспел в исследовании истории догматического богословия и уже в 27-летнем возрасте, после рукоположения в священнический сан, стал профессором Академии…»

Молодой отец Иларион был одним из самых известных богословов предреволюционных лет. А после революции – стал помощником Святейшего Патриарха Тихона и его викарным епископом.

Житие Иллариона Великого - Богослов

Но святительское служение было недолгим: в 1923 году начался трагический крестный путь владыки Илариона. И 6 лет спустя после долгих и мучительных скитаний святитель скончался в ленинградской тюрьме.

Как особенно подчеркнул Святейший Патриарх Московский и всея Руси Кирилл в одном из своих Первосвятительских слов:

«Святитель Иларион жил по духу — не по человеческой конъюнктуре, не по так называемому здравому смыслу.

Какой здравый смысл мог продиктовать человеку такой образ поведения? Надо было держаться подальше от Патриарха Тихона, быть потише, меньше говорить, искать добрых отношений с тогдашней властью, как это делали обновленцы. Много чего можно было делать — но то была бы жизнь не по духу и не по Божией правде…»

В 1929 году провожавшие епископа Илариона в последний путь ужаснулись: 43-летний владыка превратился в изможденного старика. Но все знали: до последней своей секунды он был примером всем христианам. И подобно Иоанну Златоусту, благодарил Бога за всё.

Полное житие преподобного Илариона старца Оптинского

  • Детство будущего старца
  • Рассудительный юноша
  • Первое искушение за благочестие
  • Господь помог моему произволению
  • Жизнь в страхе Божием
  • В судьбах божиих было о нем предопределено иное
  • Служение миссионерское
  • Монахи лучше нас живут
  • То, чего искала душа
  • Келейник старца
  • Неувядаемый плод послушания и любви
  • Жизнь полная трудов
  • Начало старчества
  • Не оставь игумений!
  • Достойный продолжатель Оптинских традиций старчества
  • Вот картина такой исповеди
  • Духовные дары старца Илариона
  • В горниле испытаний
  • Письма старца
  • Слова его имели благодатную святую силу
  • Всего себя отдал на служение ближним
  • Никогда так не уставал
  • Утешения из Горнего мира

Ни разу не оставил молитвенных правил…

В день кончины Старца

Старец Иларион великую стяжал славу

Оптинский старец преподобный Иларион… Он прожил не самую долгую жизнь –шестьдесят восемь лет, из них тридцать четыре года – в Оптиной Пустыни.

Но за эти годы он успел стать ближайшим учеником, сотаинником и келейником Оптинского старца Макария, а затем – из ученика превратиться в наставника и старца, перенять эстафету Оптинского старчества и передать её дальше.

В старце Иларионе соединялись благодатные дарования прозорливости, рассуждения, «дар исповеди» (обнаружение в человеке скрытых или забытых пороков, обличение их и последующее уврачевание болящей души) и опыт, богатый опыт пастыря-духовника, еще в миру начавшего трудиться на ниве спасения заблуждающихся душ. Преподобный Иларион был наставником, ведущим истинно подвижническую жизнь. Каким был его путь в Оптину? Он начался в детстве.

Детство будущего старца

Преподобный Иларион, в миру Родион Никитич Пономарев, родился в селе Ключи Воронежской губернии в 1805 году, в пасхальную ночь на 9 апреля и был назван в святом крещении Иродионом, в честь апостола Иродиона.

Он был третьим сыном Никиты Филимоновича Пономарева и его супруги Евфимии Никифоровны, а всего в семье было четыре сына.

Никита Филимонович был известным в округе портным, часто находился в отъезде, выполняя многочисленные заказы, и поэтому надзор за семейством и домашним хозяйством лежал на Евфимии Никифоровне, женщине достопочтенной и богобоязненной.

Родион рос тихим и молчаливым, сосредоточенным и впечатлительным, с явной устремленностью к созерцательности и углубленности в свой внутренний мир. Без сомнения, не без мудрой и благой цели промышлял о нем Господь, воспитывая и приуготовляя будущего духовного наставника монашествующих и мирян.

Следование заповедям Господним уже с младенческих лет стало для Родиона непреложным законом. Вот характерный эпизод из отрочества будущего Оптинского подвижника.

Однажды, собирая вместе с матерью ягоды в лесу, мальчик набрел на особенно плодоносное место и стал созывать оказавшихся поблизости своих деревенских сверстников. Мать попыталась воспротивиться этому: „Не зови их, сами здесь будем рвать, а они пускай на другое место идут».

Но малолетний сын ее, в искренности и непорочности своего детского сердца, ответил так: „Отчего же? Ведь Бог не дал для нас одних, а для всех зародил ягоды!»…

Мать предрекала своему сыну, еще в семилетнем его возрасте, будущее монашество. Да и сам отрок с детства чувствовал в себе стремление стать монахом. Первые встречи с иноческой жизнью состоялись у него в тринадцать и семнадцать лет – во время паломничества с матерью к святыням Киево-Печерской Лавры.

Рассудительный юноша

В 1820 году Родион с родителями пере­ехал в Воронежскую губернию, где жил до двадцатилетнего возраста, обучаясь в доме отца, известного портного, портновскому ремеслу. Рассудительный юноша, помышлявший о монашестве, решил, что в монастыре как раз и пригодится ему эта профессия. Для совершенствования в ремесле он отправился в Москву.

Именно тогда утвердилось в нем убеждение, что ко всякому делу следует относиться добросовестно: то, что делаешь, надо стараться делать хорошо.

А это как раз и есть то самое правило, на которое как новоначальным, так и возросшим в духовной жизни инокам, святые отцы указывают как на необходимое условие для спасения, и которое они в своих писаниях называют „хранением совести»…

Первое искушение за благочестие

В Москве юноше пришлось поработать в нескольких мастерских и пройти различные жизненные искушения. Позднее о своей жизни и работе в одной из этих мастерских отец Иларион вспоминал: «Когда мы жили у Занфтлебена, то пища нам готовилась скоромная, постов и постных дней среды и пятка не соблюдалось.

Вся артель человек в сорок ела скоромное; только я не ел скоромного, да один курский молодец, да две благочестивые кухарки, которые хотя и готовили скоромное на артель, но сами постные дни соблюдали.

Хозяин мне за это постное не выговаривал, не сердился, только бывало, скажет мне: „ Ты, знать, старой веры держишься; это карашо!». Хаживал я на дух к священнику в приход Святителя Алексия Митрополита, мы в его приходе жили.

Священник был старец очень благочестивый, при исповеди я рассказал ему, что, по ошибке или искушению, ели иногда по постным дням скоромное. Он вошел в мое положение, приходит к хозяину, строго заметил ему, пригрозив, что донесет на него за то, что развращает православных и что его за это проводит за заставу.

Угрозы подействовали, хозяин испугался и скоромную пищу по постным дням прекратил. Вот, на другой день, на меня вся артель и восстала: такой-сякой, говорят, собственно через тебя мы лишились этой пищи! Это было мое первое искушение за благочестие».

Господь помог моему произволению

Юноша твёрдо решил вести благочестивую и добродетельную жизнь, несмотря на различные искушения, и Господь помогал его произволению и ограждал чистую душу Родиона. Об одном из искушений он вспоминал: «Один мастер был хорош ко мне, но, уходя вечерами или праздниками домой, вел жизнь, очень неназидательную.

Мне часто приходилось ходить или ездить к нему на квартиру, когда хозяин меня за ним посылал. Вся обстановка его домашней жизни отнюдь не согласовалась с хорошею нравственностью.

И мне, в мои поездки к нему, приходилось наталкиваться на вещи и сцены, которая очень бы могли повредить моему устроенную, но я, по милости Божией, твердо держался правила не задерживаться у него более, нежели сколько было необходимо, во избежание соблазнов. Скажу ему, что бывало нужно от хозяина, да сейчас же оттуда опять домой.

Господь помог моему произволению и сохранил среди этих искушений». Позднее, когда юноша сам станет мастером и хозяином артели, он будет заботиться о своих работниках, оберегать их от искушений.

Жизнь в страхе Божием

Будучи двадцати четырех лет от роду, Родион переехал вместе с родителями на жительство в Саратов. Ревностный исполнитель уставов Православной Церкви, он и дома старался вести строго благочестивую жизнь, живя в страхе Божием и отечески наблюдая за неуклонным исполнением христианских обязанностей артелью своих рабочих.

На артель, состоящую человек из тридцати, Родион смотрел как на своих детей, за которых надобно будет дать отчет Богу. Он содержал их хорошо и строго наблюдал за их нравственностью.

С юных лет воспитанный в страхе Божием, искренно преданный Православной Церкви и строго соблюдавший ее уставы, он завёл, что в воскресные и праздничные дни вся артель непременно бывала в церкви на всенощной и обедни.

Кроме того, при помощи знакомого дьячка Покровской церкви он обучал своих рабочих церковному пению, и за работой они вместо светских песен пели песни духовные.

Во всех своих действиях Родион отличался чрезвычайной мягкостью, кротостью и миролюбием, а на рабочих действовал не угрозами или наказаниями, но разнообразными мягкими увещевательными способами, влиявшими на нравственное их расположение…

В судьбах божиих было о нем предопределено иное

Во время пребывания Родиона Никитича в Саратове были относительно его два брачные предложения; но в судьбах Божиих было о нем предопределено иное. Оба эти предположения не состоялись: одно по особенному действию Промысла Божия за неожиданной, после скоротечной болезни, кончиною девицы, а другое по нерасположению в этом случае самого Родиона.

Юноша был молод, умен, имел достаток и хорошую репутацию, и ежели бы только захотел — за него со всею охотою вышли бы многие из богатых купеческих дочерей Саратова. Но Родион Никитич, познакомившись с невестой, богатым белоручкам предпочел девушку, способную к деятельности, желавшую и могшую трудиться.

Читайте также:  Об исцелении 10 прокаженных - богослов

Когда дело было уже слажено, девушка поехала к своей матери, имевшей в Пензе свой дом и хозяйство, чтобы распорядиться своим имуществом и, собрав, чем могла располагать, возвратиться в Саратов для венчания.

Но вскоре, по приезде в Пензу, заболела и, после непродолжительной болезни, скончалась, Господь принял к себе невесту Родиона Никитича, который после сего решился посвятить себя в девстве на служение ближним.

Впоследствии был еще случай сватовства. Желая видеть сына женатым, родители приискали Родиону Никитичу в одном зажиточном купеческом семействе умную и красивую невесту.

Отдавая всякую справедливость достоинствам невесты, Родион Никитич, однако, и сам тому удивляясь, нимало не располагался к ней сердцем и старался напротив всячески найти препятствие этому браку. Через близких знакомых открылась-таки причина, по которой не располагалось сердце Родиона Никитича сблизиться с невестой и её родными.

Оказалось, что они втайне придерживались какого-то лжеучения, от которого невеста, по закоснению никак не хотела отказаться; Родион Никитич обрадовался этому обстоятельству, как достаточному поводу покончить с этим сватовством.

Таким образом, душевные волнения и искушения, обыкновенно связанные с подобным состоянием не остались безызвестными и не испытанными для Родиона Никитича, и когда ему настало время вступить на высший путь благоугождения Богу, то он не оказался подобным «носящему оковы на руках и на ногах».

Служение миссионерское

В эти годы Саратов был наводнен множеством раскольников. Секты враждовали между собой, сходясь только в одном: в ненависти к православным, которых в сравнении с ними было меньше. Кроме того, многие из православных, долго находясь среди раскольников, пребывали в состоянии двоедушия и сомнения.

Именно в этот период Господь открыл Родиону новую возможность для служения людям – служение миссионерское, апостольское, способствовавшее возвращению в лоно Матери-Церкви многих и многих заблудших и погибельно отпавших от нее душ раскольников. Известный в Саратовской губернии старец Семен Климыч посоветовал благочестивому юноше заняться собеседованием с раскольниками с целью побудить их присоединиться к Православной Церкви…

Родион начал вести беседы о вере, основываясь единственно на слове Божием и на изъяснениях оного святыми отцами Церкви.

Постепенно он подводил отпавших от истинной веры к осознанию того, что, оспаривая Священное Писание и святоотеческое толкование, они превращались в противников Христа, Его слов и учения, то есть в „антихристов».

Этот новый оборот, который приняли собеседования, привел в движение раскольников, озадачил их и во многом способствовал убеждению в истине. Раскольники то и дело либо сами приходили к своим противникам, либо зазывали их к себе на беседы. Будущий старец стал с ними заниматься много и успешно…

Братство, возглавленное Родионом, стало известно далеко за пределами Саратова. Видя, что Господь благословил начальные труды успехами, Преосвященный Иаков испросил у Святейшего Синода дозволения учредить в своей епархии миссию для обращения раскольников.

Сохранились достоверные сведения о том, что Родион Пономарев был одним из самых ревностнейших и деятельнейших миссионеров.

Но, рассказывая впоследствии в Оптиной Пустыни об этом периоде саратовской жизни, старец Иларион свое личное участие в делах миссии всегда оставлял в тени, проявляя столь свойственные ему скромность и смирение.

Монахи лучше нас живут

Так прошло девять лет. „Хотя мы и богоугодно старались жить, – вспоминал отец Иларион в Оптиной Пустыни, – и, казалось, будто и делами благочестивыми занимались, но чувствовалось мне, что мы все еще не так живем, как бы следовало, что монахи лучше нас живут».

Иноческая жизнь уже и в ранней юности привлекала его, а теперь, тридцати трех лет от роду, он серьезно задался вопросом: не настала ли для него пора вступить на этот путь. Отзвук первых впечатлений от давних паломничеств к Киево-Печерским святыням породил в душе его желание ближе присмотреться к монашеской жизни и к монастырям.

В течение девяти месяцев знакомился он с замечательными русскими обителями: Сарова, Суздаля, Ростова Великого, Белозерска, Тихвина, побывал на Соловках, в Почаеве, на Валааме, в Глинской и Площанской пустынях. Именно в этих поездках Родион получил благословение непременно побывать у Оптинских старцев Льва и Макария.

Так впервые, через подвижников из других обителей, была зримо явлена Родиону воля Божия, направляющая его стопы в Оптину Пустынь.

То, чего искала душа

Приехав в Оптину, нашел он в старцах Льве и Макарии то, чего искала душа его. Отец Макарий много беседовал с будущим иноком, посещал его в гостинице, принося с собою какую-нибудь книгу для разъяснения предложенных им вопросов.

Вернувшись в Саратов и управившись со всеми мирскими делами, он вскоре снова приехал в Оптину Пустынь, чтобы вступить на трудный путь подвижнической жизни.

Так, на тридцать четвертом году от рождения, тринадцатого марта 1839 года, Родион, Промыслом Божиим, был определен на жительство в Оптинский Иоанно-Предтеченский Скит, в келью по соседству с кельей игумена Варлаама, только что прибывшего с Валаама.

Наряду с руководством старцев Льва и Макария, обрел Родион в первое же время скитской жизни и еще одного опытного наставника – Валаамского подвижника, оказавшего благотворное влияние на духовное преуспеяние новоначального.

Келейник старца

Вступая в 1839 году в должность скитоначальника, преподобный Макарий избрал себе в келейники Родиона, который тринадцатого августа 1849 года был пострижен в мантию и стал иноком Иларионом.

Его монашеское имя «Иларион», означающее в переводе с греческого „тихий» и „радостный», выявило то главное, что было свойственно этому подвижнику веры и благочестия: тихую, смиренную кротость сердца и постоянное пребывание души в пасхальной радости о Воскресшем Господе.

Должность келейника, которую исправлял отец Иларион в течение двадцати лет, ставила его в постоянное тесное общение со Старцем, что особенно благоприятствовало достижению твердого, прочного, испытанного многими искушениями отсечения своеволия. По вере своей отец Иларион много пользовался примером богоугодной жизни старца Макария, исполненной любви, смирения, кротости и простоты.

Насколько велика была преданность отца Илариона своему Старцу, свидетельствует одно происшествие. Однажды преподобный Макарий отлучился из обители для посещения духовных детей своих.

В пути экипаж опрокинулся в ров, и Старец получил вывихи и сильные ушибы, о чем и было сообщено в Оптину Пустынь. В это время отец Иларион был тяжело болен.

Однако, получив это известие, он немедленно, забыв собственное болезненное состояние, поспешил с врачом к своему духовному отцу, проехав около трехсот верст на перекладных по плохой осенней дороге.

Неувядаемый плод послушания и любви

Было у инока Илариона и еще одно послушание – садоводство и цветоводство.

После правила, на заре, когда вся братия уже разошлась по кельям, у инока Илариона в саду шла работа: он прививал деревья, обмазывал яблони, сажал цветы.

Любителям цветоводства было чем полюбоваться, посещая Скит, покрытый благоухающими цветниками,– трудно было поверить, что все это дело усердия одного человека, неувядаемый плод послушания и любви к своему наставнику…

Жизнь полная трудов

В 1853 году отца Илариона рукоположили в иеродиакона. Будучи диаконом, время, назначенное для отдыха и сна, отец Иларион употреблял преимущественно для чтения отеческих писаний.

Для сна он до самой своей кончины отводил не более четырех часов в сутки. По благословению Старца, отец Иларион завел домашнюю аптечку и занимался лечением братии обители и Скита, для чего хаживал к больным и часто исполнял дело фельдшера.

Поздней осенью и зимой он занимался еще и ложечным рукоделием…

1 из 3

следующая>>                                                                                                                             

Иларион Оптинский: «Молитесь друг за друга, и придет исцеление»

Из 68 лет жизни половину он отдал Оптиной пустыни — начав там как простой монах и став старцем, за советом к которому ехала вся Россия. 1 октября Православная церковь вспоминает преподобного Илариона Оптинского. Его называли «прозорливцем» и «исцелителем», а он всего лишь верил, что нужно жить в ладу с миром и с собой — и тогда здоровье придет само.

Юность

Он родился в пасхальную ночь 1805 года в Воронежской губернии. Будущий подвижник был третьим сыном в семье портного, а при крещении получил имя Родион.

Житие сообщает: был Родион тих нравом, а телом неловок — эта неловкость отвратила его от игр со сверстниками, и он большую часть времени проводил дома, помогая отцу в его работе. Видя его склонность к затворничеству, мать была уверена, что Родион пойдет в монахи.

Показателен случай из его детства: однажды Родион собирал ягоды в лесу и нашел поляну с множеством нетронутых ягод. Он стал звать других деревенских детей, а его мать воспротивилась: «Не зови их, сами будем рвать». На это Родион отвечал: «Почему же? Ведь Бог для всех создал ягоды, не для нас одних».

Уход

В возрасте 33 лет Родион совершил путешествие по России, выбирая для себя ту обитель, которая подошла бы ему для пострижения. Он побывал на Соловках и в Сарове, на Валааме и в Суздале, но только в Оптиной пустыни — монастыре близ Козельска (современная Калужская область) — дух его успокоился. В 1839 году его приняли на жительство в обитель, а затем постригли в монахи под именем Иларион.

Решение уйти в монастырь зрело в нем в течение многих лет. Юношей Родион переехал из-под Воронежа в Саратов, стал начальником портновской артели, и родители уже подыскивали ему невесту.

Но судьба распорядилась так, что невеста его скоропостижно скончалась, а к новой не прикипело сердце. Вместо этого Родион нашел себя в миссионерстве. Саратов был центром раскольнического движения, и через беседы юноша убеждал староверов принять православие.

Читайте также:  Как следует поститься со 02 по 06 января 2020 года? - богослов

Причем получалось у него это так удачно, что в епархии учредили миссию для обращения раскольников.

Будучи уже почтенным старцем, Иларион так вспоминал то время: «Хотя мы и богоугодно старались жить, и казалось, будто и делами благочестивыми занимались, но чувствовалось мне, что мы все еще не так живем, как бы следовало, — что монахи лучше нас живут».

Преемство

В Оптиной пустыни Иларион стал келейником старца Макария — это послушание он исполнял более 20 лет. По преданию, духовные чада Макария спросили у него перед смертью: «На кого ты нас оставляешь, отче?» Тогда Макарий позвал Илариона и сказал ему: «Не оставь моих чад».

Иларион сопротивлялся, говорил, что он недостоин и не готов, но Макарий был тверд. «Не оставь их!» — повторял он. После этого ученики старца поклонились Илариону в ноги, тем самым признавая в нем своего нового учителя.

После смерти Макария Иларион сделался духовником обители.

Преподобный Иларион Оптинский.

Прозорливый

В Оптиной пустыне старца Илариона называли прозорливым — за то, что он порой, даже не зная пришедшего, мог перечислить обстоятельства его жизни и предвидеть, что с ним будет. Хотя старец стремился скрыть этот дар, но молва о нем разошлась как в самой Оптиной пустыни, так и среди многочисленных паломников, прибывавших к старцу за советом.

Житие преподобного Илариона приводит следующий случай: овдовел один молодой человек из купеческой семьи и задумал жениться второй раз. Брат его ехал в Оптину пустынь, и тогда вдовец просил его сходить к старцу Илариону и испросить благословения на второй брак.

Иларион на это ответил: «Скажи брату, пусть он погодит еще годок, да приедет к нам, и мы посмотрим, не годится ли он нам». Вдовец не послушался, женился, а через несколько месяцев его новая жена тоже умерла — тогда он собрался и поехал в Оптину пустынь сам.

Иларион встретил его словами: «Что? Не послушался? Вот тебе и женитьба!» Пробыв у старца несколько дней, вдовец решил остаться в обители и пойти в монахи.

Исцеление недугов

Много приводили к старцу людей, страдающих различными недугами. Иларион говорил, что причины большинства болезней кроются внутри самого человека — это семейные раздоры, гнев или обида на других, грехи, в которых человек не раскаялся.

Для излечения старец часто советовал всего лишь помириться с человеком, испросить у него прощения, молиться за него и покаяться на исповеди. По свидетельствам паломников, приходивших к старцу, другого лечения им, как правило, уже не требовалось: начав жизнь добродетельную, освободившись от того, что их тяготило, они чувствовали, что недуги отступают.

Святость

Весной 1872 года старец Иларион отслужил свою последнюю литургию и слег. Он болел более года: когда в августе 73-го его приехала навестить одна из учениц, он отмерил себе жизни еще на четыре недели. 18 сентября 1873 года старец скончался.

Житие говорит о том дне: «Погода, бывшая до того пасмурной и дождливой, в день Его кончины прояснилась. При перенесении тела старца в монастырь было так тихо, что не погасла ни одна свеча».

В 1996 году преподобного Илариона причислили к лику местночтимых святых Оптиной пустыни, а в августе 2000 года прославили для общецерковного почитания. Его мощи покоятся во Владимирском храме Оптиной пустыни.

В одном из своих последних писем старец наставлял тех, кто останется жить после него: «Молитесь друг за друга, и придет исцеление. Несите тяготы друг друга, и будет между вами мир».

В подготовке материала использован текст жития преподобного Илариона Оптинского, материалы сайта Оптиной пустыни — www.optina.ru

Священномученик Илларион (Троицкий), архиепископ Верейский

Святитель Иларион, в миру Владимир Троицкий, родился 13 сентября 1886 года в семье сельского священника.

Ему было пять дет, когда он, взяв своего трехлетнего брата за руку, пошел вместе с ним из родной деревни в Москву учиться.

Когда их догнали, то на упреки родителя будущий архиепископ серьезно ответил: «Папа, не расстраивайся! А как же Ломоносов? Ведь он пешком пошел в Москву — и я тоже решил идти учиться!».

В 1910 году Владимир Троицкий блестяще заканчивает Московскую Духовную академию; его оставляют при академии для научной работы и преподавания. Очень скоро среди преподавателей и студентов он приобрел всеобщие любовь, уважение и славу академического «столпа». Позже он был даже первым кандидатом на пост ректора, но избран был все же не он, по причине полного отсутствия у него жизненного практицизма.Студенты восторженно слушали лекции молодого профессора: «Он не мог спокойно повествовать, а должен был гореть, зажигать своих слушателей, спорить, полемизировать, доказывать и опровергать… и этой бодростью он заражал, ободрял и укреплял окружающих». В 1913 году Лавры он принял монашеский постриг с именем Иларион в скиту Параклит Троице-Сергиевой Лавры. Он не сомневался в своем монашеском призвании. В силу своей природной чистоты Владимир Троицкий был уже «земным ангелом и небесным человеком»; в монашестве он искал для себя лишь наиболее благоприятных условий для служения Богу — искал того тесного образа жизни, который не оставляет и малой лазейки греху. В том же году Иларион Троицкий был возведен в сан архимандрита, назначен инспектором Московской Духовной академии и утвержден в звании профессора МДА. Отцу Илариону 27 лет.

Всесторонне образованный, прекрасный церковный проповедник, он был любимцем народа. После революции ему приходилось участвовать в знаменитых диспутах в Политехническом музее.

«Религиозному гипнозу» обновленческого «митрополита» Александра Введенского и атеизму А. Луначарского святитель противопоставлял непоколебимую уверенность в высшей Истине.

Люди сердцем чувствовали глубокую правоту святителя и устраивали овации.

Как член Поместного Собора 1917—1918 годов, Иларион (Троицкий) вдохновенно выступил на Соборе в защиту патриаршества: «… Есть в Иерусалиме “стена плача”. Приходят к ней евреи и плачут, проливая слезы о погибшей национальной свободе и о бывшей национальной славе.

В Москве в Успенском соборе тоже есть русская стена плача — пустое патриаршее место. Двести лет приходят сюда православные русские люди и плачут горькими слезами о погубленной Петром церковной свободе и о былой церковной славе.

Какое будет горе, если и впредь навеки останется эта наша русская стена плача! Да не будет! Зовут Москву сердцем России. Но где же в Москве бьется русское сердце? На бирже? В торговых рядах? Оно бьется, конечно, в Кремле. Но где в Кремле? В Оружейном суде? Или в солдатских казармах? Нет, в Успенском соборе.

Там у переднего правого столпа должно биться русское православное сердце. Святотатственная рука нечестивого Петра свела Первосвятителя российского с его векового места в Успенском соборе. Поместный Собор Церкви Российской от Бога данной ему властью постановит снова Московского Патриарха на законное неотъемлемое место.

И когда под звон московских колоколов пойдет Святейший Патриарх на свое историческое священное место в Успенском соборе — будет тогда великая радость на земле и на небе…».

К моменту участия в Соборе отца Илариона его известность и авторитет уже вышли за пределы академии. Во время Собора «его, единственного не епископа, в кулуарных разговорах называли в числе желательных кандидатов на патриарший престол».

Однако по воле Божией священномученику Илариону довелось в труднейшее для Церкви время стать главным помощником и сподвижником Патриарха Тихона. Святейший приближает его к себе, возводит в сан архимандрита и делает своим секретарем.

За этой респектабельной в другие времена должностью стояла на деле роль человека, всегда находящегося под вражеским ударом. Во всех контактах с советской властью свт. Иларион заслонял собою Патриарха. Келейник Святейшего Яков Полозов погиб от руки наемного убийцы, обращенной против Патриарха.

Судьба священномученика Илариона оказалась сходной: он стал жертвой мести Тучкова (начальника антирелигиозного секретного отдела ОГПУ, которого называли палачом Русской Церкви) Патриарху.

В мае 1920 года Святейшим Патриархом Тихоном была совершена хиротония архимандрита Илариона во епископа Верейского. Святитель Иларион вступил на епископскую стезю с полным сознанием того, что его ожидает, с готовностью к мученичеству. В июле 1923 года свт. Иларион изгнал из Сретенского монастыря обновленцев.

При этом он совершает беспрецедентное святительское деяние: заново, великим чином освящает престол и собор Сретенского монастыря. Таким образом, святитель присоединяет монастырь к Церкви, показывая, что грех и нечестие отступничества от Церкви требуют особого очищения. Молва об этом сразу разнеслась не только по Москве, но и по всей России.

Обновленцы целыми приходами и общинами каялись и возвращались в Церковь. Святитель разработал чин покаяния и сам принял исповедь сотен обновленцев — священников и мирян. Патриарх Тихон назначает владыку Илариона настоятелем Сретенского монастыря, которым он оставался до своего последнего ареста и отправки в Соловецкий лагерь.

Архиепископ Иларион вступил на крестный путь, завершившийся блаженной его кончиной.

И в заключении владыка Иларион остался внутренне свободным человеком. На все он смотрел духовными очами. Это позволяло не замечать лишений, прощать уголовникам, кравшим его вещи, — если же у него что-то просили, он отдавал, не задумываясь, все, что имел.

Своими вещами он не интересовался. Поэтому кто-то из милосердия должен был все-таки следить за его чемоданом, и такой человек всегда находился. Он стремился поднять дух своих солагерников шутками, но шутки эти были выражением его великого мужества.

Когда умер Ленин, от заключенных потребовали почтить его смерть минутой молчания. Все выстроились для церемонии в шеренгу, владыка лежал на нарах.

Несмотря на просьбы и требования, он не встал, заметив: «Подумайте, отцы, что ныне делается в аду: сам Ленин туда явился, бесам какое торжество!».

О работе епископов и священников сетевязальщиками и рыбаками владыка любил говорить переложением слов стихиры на Троицын день: «Вся подает Дух Святый: прежде рыбари богословцы показа, а теперь наоборот — богословцы рыбари показа». Так смирялся его дух с новым положением.

Удивительным было отношение владыки к окружающим. Его любовь и интерес к каждому человеку были просто поразительными. Генерал, офицер, студент и профессор находили именно его, при всем том, что епископов было много и были старейшие и не менее образованные.

Его знали и уважали и «шпана», и уголовщина, и преступный мир воров и бандитов. На работе ли урывками, или в свободный час его можно было увидеть разгуливающим под руку с каким-нибудь «экземпляром» из этой среды. Это не было снисхождение к младшему брату и погибшему, нет.

Читайте также:  Неделя о мытаре и фарисее — этап подготовки к великому посту - богослов

Владыка разговаривал с каждым, как с равным и облагораживал их своим присутствием и вниманием.

В той уважительности, с которой он относился даже к представителям «дна», не было ничего показного: он умел видеть образ Божий в любом человеке, и люди отвечали ему уважением и любовью.

По свидетельству Бориса Ширяева (автора книги «Неугасимая лампада»): «Силе, исходившей от всегда спокойного, молчаливого владыки Илариона, не могли противостоять и сами тюремщики: в разговоре с ним они никогда не позволяли себе непристойных шуток, столь распространенных на Соловках, где не только чекисты-охранники, но и большинство уголовников считали какой-то необходимостью то злобно, то с грубым добродушием поиздеваться над «опиумом». Нередко охранники, как бы невзначай, называли его владыкой. Обычно — официальным термином «заключенный». Кличкой «опиум», попом или товарищем — никогда, никто».

Авторитет святителя был чрезвычайно высок, и, благодаря, в частности, ему Соловецкий лагерь в 20-х годах стал своеобразным духовным очагом, возле которого многие нашли спасение.

Владыку пытались склонить его к присоединению к новому обновленческому расколу — григорьевщине, предлагали свободу за измену: «Вас Москва любит, Вас Москва ждет». Архиепископ Иларион остался непреклонен. Агент удивился его мужеству и сказал: «Приятно с умным человеком поговорить.

— И тут же добавил:— А сколько вы имеете срока на Соловках? Три года?! Для Илариона три года?! Так мало?». Через год святителю дали новый трехлетний срок. Власти не собирались выпускать его на волю; накручивая ему все новые сроки, они надеялись сгноить его в тюрьме.

В 1929 году владыка был вновь осужден на три года, на этот раз на поселение в Среднюю Азию, в город Алма-Ату. Везли его туда этапным порядком — от одной пересылочный тюрьмы к другой. В дороге святитель заразился сыпным тифом.

Без вещей (в пути его обокрали), в одном рубище, кишащем насекомыми, в горячке, его привезли в Ленинград и поместили в тюрьму. Через день с температурой 41°, изнемогая, он пешком перебрался в больницу имени доктора Гааза. Помочь страдальцу было уже невозможно.

В те дни владыка писал: «Я тяжело болен сыпным тифом, лежу в тюремной больнице, заразился, должно быть, в дороге; в субботу, 28 декабря, решается моя участь (кризис болезни), вряд ли перенесу». В больнице ему заявили, что его надо обрить, на что Преосвященный ответил: «Делайте теперь со мной, что хотите».

Вскоре начался бред, перешедший в агонию. В бреду священномученик говорил: «Вот теперь я совсем свободен!» Врач, присутствовавший при его кончине, был свидетелем того, как святой благодарил Бога, радуясь близкой встрече с Ним. Владыка отошел ко Господу со словами: «Как хорошо! Теперь мы далеки от…». С этими словами исповедник Христов скончался. Это было 15/28 декабря 1929 года.

Митрополит Серафим Чичагов (ныне священномученик), занимавший тогда Ленинградскую кафедру, добился разрешения взять тело для погребения и похоронить святителя в соответствии с его саном. В больницу поставили белое архиерейское облачение и белую митру.

Покойного облачили и перевезли в церковь ленинградского Новодевичьего монастыря. Владыка страшно изменился. В гробу лежал жалкий, весь обритый, седой старичок.

Одна из родственниц покойного, увидевшая его в гробу, упала в обморок: настолько он был непохож на прежнего Илариона. Святителю Илариону Троицкому было 43 года.

Так отошел в вечность этот богатырь духом и телом, чудесной души человек, наделенный от Господа выдающимися богословскими дарованиями, жизнь свою положивший за Церковь. Его смерть явилась величайшей утратой для Русской Православной Церкви.

Из высказываний святителя Илариона (Троицкого)

«Русская совесть имеет свой идеал, существенно отличный от европейского идола прогресса».

«Что такое мы, русские, — разрушители или спасители европейской культуры? Я думаю, что наш разлад, наше противоречие с Европой лежит глубже наблюдаемой поверхности текущих событий; противоречие касается идейных основ самого жизнепонимания».

«Новый Завет не знает прогресса в европейском смысле движения вперед в одной и той же плоскости. Новый завет говорит о преображении естества и о движении вследствие этого не вперед, а вверх, к небу, к Богу».

«У русского народа всегда несколько скептическое отношение к западноевропейскому прогрессу.

Ему ясно и понятно, что за чечевичную похлебку культурной жизни европеец продал невозвратно права Божественного первородства.

Немец душу черту продал, а русский так отдал, и в этом несомненное превосходство русского, потому что он так же и уйти от черта может, а немцу выкупиться нечем».

«Христиане все – богоносцы и храмоносцы, христоносцы, святоносцы. Так, повсюду эта идея нового человека, не прогрессивного, а нового; всюду идеал внутреннего преображения, а не внешнего прогресса».

«Русская философия – философия религиозная. Европейцы невольно изумляются тому, что наша литература неизменно живет интересами религиозными. У нас великий художник слова начинает «Вечерами на хуторе близ Диканьки», а оканчивает «Размышлением о Божественной литургии».

«Веселые песни земли, восторженные гимны прогрессу не могут заменить для русской души прекрасных звуков небес; знает и понимает она, что небесная песня не слагается из грохота машин и треска орудий; и сто ноты этой песни не в чертежах и сметах инженеров».

Вечная тебе память, 

достоблаженный святителю Иларионе!

Иларион Алфеев: Жизнь и учение св. Григория Богослова

Жизнь и учение св. Григория Богослова

Предисловие митрополита Сурожского Антония

  • Блажен, кто ведет пустынную жизнь, не смешивается
  • с пресмыкающимися по земле, но обожил свой ум.
  • Блажен, кто, общаясь с многими, не развлекается
  • многим, но всем сердцем обращен к Богу.
  • Блажен, кто вместо всех стяжаний приобрел Христа;
  • у кого одно стяжание — крест; его и несет он высоко…
  • Блажен, кто, приняв на себя управление народом, чистыми
  • и великими жертвами приводит Христа к людям…
  • Блажен, кто в высоком полете очищенного ума
  • видит сияние небесных светов.
  • Св. Григорий Богослов (PG 37,781–783)

Я с большим вниманием и все возрастающим интересом прочел книгу о. Иеромонаха Илариона (Алфеева) о святом Григории Богослове.

По своему подходу эта книга является редкостным вкладом не только в наше богословское познание одного из величайших святителей Православной Церкви, но и в раскрытие его личности как человека.

Слишком часто трактаты, посвященные великим богословам, оставляют в тени их духовное постепенное возрастание “от силы в силу», и у читателя создается ложное впечатление о том, будто они на широких, могучих крыльях возлетали на высоты богопознания.

На самом же деле путь каждого из них был сложен: укорененный в вопрошаниях их времени, связанный с особенными свойствами их душевного и умственного строя, он в значительной мере зависел от богоданных встреч и поисков Истины в сумерках современной им философской и богословской мысли. Не сразу находили они ответы на вопросы, рождаемые их собственными глубинными переживаниями и не только поставляемые им, как и всем их современникам, в недрах христианской общины, но и настойчиво вырастающие из блуждания мысли и прозрений их современников, и своих, и» внешних».

Книга о. Илариона с разительной ясностью раскрывает нам внутренний путь Святого и постепенно проясняющееся видение им Истины.

В наши дни, когда перед каждым верующим, как и пред всей Церковью, встают вопросы, рождаемые из глубин церковного сознания, а также поставленные миром в его агонии, блужданиях, но и в его отчаянном искании ответов ему доступных, понятных, должны мы, верующие, научиться вслушиваться в вопрошания наших единоверных, а также и людей, стоящих вне церковного опыта и молящих нас отвечать им на доступном им языке на вопросы, которые они имеют право ставить и на которые мы обязаны отвечать творчески и с любовью.

Я надеюсь, что многие оценят вклад, сделанный о. Иларионом в наше понимание Путей Православного Богословия через писания Святого Григория Богослова.

Митрополит Сурожский Антоний

Глава I. Жизненный путь св. Григория

Моему учителю епископу Каллисту

Автор благодарит В. М. Лурье

за ценные замечания и советы

Жизнь Григория хорошо документирована — прежде всего благодаря тому, что он много писал о себе самом.  [1] Среди его автобиографических произведений основное место занимает книга под общим названием» «О себе» «(Peri heautou). Она содержит девяносто девять стихотворных произведений, в том числе монументальную поэму» «О своей жизни» «(Peri tou heautou Bion; De vita sua).

Кроме того, автобиографическими являются некоторые Слова Григория — как те, что посвящены отдельным событиям его собственной жизни (иерейской хиротонии, удалению в пустыню, удалению с епископского престола), так и те, что посвящены его ближайшим родственникам и друзьям (отцу, брату Кесарию, сестре Горгонии, Василию Великому).

Обширная переписка Григория тоже проливает свет на некоторые детали его биографии.

Начиная жизнеописание св. Григория, мы обращаемся к самому святителю словами, написанными в его честь столетий назад:

От богословныя и высокия мудрости твоея исполни мой ум убогий и страстный, яко да воспою житие твое, отче. Не могу бо слово принести тебе, аще не ты подаси ми крепость слова, и разум и мудрость, яко да от твоих твоя принесу тебе, и от богатства добродетелей твоих, оттуду обрящу вину, и увенчаю честную и святую главу твою, с верными взывая: Радуйся, отче, богословия уме краснейший![2]

Читать дальше

Leave a Comment

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *